Время пролетает очень быстро, а умещается в сердце долго. Всего два дня на Вологодской земле провёл наш театр. А для того, чтобы уместить в себя ту искреннюю, граничащую в наивностью веру в Бога и в ближних, которую явили нам люди, встречавшие нас на Вологодчине, понадобится не одна неделя.
Это удивительно – как несколько сельских женщин могут строить храм! Всё «пробивать», договариваться, собирать средства (а они нужны не малые – миллионы рублей!)… И уповать на Бога так, как будто Он всегда рядом, перед глазами.
Наша поездка началась с ночи в дороге в минивэне (с 9-го на 10-е), потом сразу выступление (11 часов утра 10-го). Народу собралось немного – человек 40, но отклик оказался сильным.
После спектакля люди подходили, интересовались театром, общиной трезвости, задавали вопросы, делились своими историями. Особенно запомнилась история одной женщины, которая в ближнем селе посещает клуб трезвости, наподобие нашего. Светлана сказала, что покажет наш диск с «Кудеяром…» у себя в клубе. Ей удалось остановить падение своего 24-летнего сына – не репрессиями, не давлением, а именно общением. А помогла в этом… беда – сын попал в аварию, после которой сначала крестился, а после «завязал». Стаж трезвости у парня (замечу – абсолютной трезвости) – полтора года.
После мы воочию познакомились с сельским праздником с удивительным для нашей современность названием «ЗАГОВЕНЬЕ» (каково, а?). Оказывается, это – ежегодный праздник, на который собираются гости их всех близлежащих весей. Заговенье – традиционное для села Новленское (в нём нас и принимали) торжество – с песнями, выступлениями лучших поселян, с ярмаркой… Конечно, «трезвым» он не был, но и бесстыдства и безобразий, которые часто сопровождают такие мероприятия замечено тоже не было.
После краткого визита на сельское гульбище был марш-бросок в Вологду, в здание городской библиотеки. Там играли спектакль, который совершенно неожиданно для нас, снимало местное ТВ. Дама с телевидения сказала, что пусттит сюжет несколько раз, чтобы помочь строящемуся в Новленском храму св. Михаила Архангела – её поразила активность и беззаветная жертвенность сельских женщин. А это, между прочим, и была главная цель наших гастролей – привлечь внимание к строящейся церковке, у которой уже появился первый этаж. Появился он только с Божьей помощью – каждый новый этаж кладки стоит Марине, Татьяне, Надежде и другим замечательным и удивительными женщинам, с которыми Господь нас свёл во время этой поездки, тяжёлых усилий. А они не ропщут, а только радуются! Вот так бы и нам, столичным.
Вечером 10-го была баня. Это отдельное ощущение, особенно когда лежишь под вениками в руках «кизика» и артиста нашего театра Димы Микурова – это испытали из всех нас лишь режиссёр Игорь Матвеев и ваш покорный слуга. Остальные мужчины тактично увильнули от «экзекуции». Сначала, когда она только началась хочется убежать. без оглядки. А потом думаешь – а смысл? Но в конце!… Кто был в русской бане, тот поймёт – словами это передать очень сложно.
Отмечу, что столовались мы у бойкой Татьяны – настоящей хозяйки, которая каждый раз кормила 15 человек гостей с такой внешней лёгкостью, будто кормит два-три человека. Мы только изумлёно взирали, как нак столе появляются простые и вкусные до объедения явства – картошка, грибочки, огурчики, салаты, оладушки… Понятно, что с аппетитом проблем не возникало ВООБЩЕ!))
11-го утром мы побывали у строящегося храма. Никогда не подумал бы, пока не ощутил явственно: осознание того, что в этой недостроенной стене лежит пусть один, но твой «именной» кирпичик, способно навести на очень серьёзные и глубокие раздумья.
Помните, как Игорь Матвеев, главный вдохновитель поездки, собирал пожертвования на вологодский храм аккуратно записывал всех жертвователей? Так вот, все эти имена теперь будут поминаться в Кирилло-Белозерском монастыре иеромонахом Феодосием. Знакомство с этим светлым батюшкой произошло днём того же дня, когда нас привезли на экскурсию в монастырь-жемчужину не только Вологодчины, «Северной Фиваиды», но и всей Святой Руси.
Там отец Феодосий по нашей дерзкой просьбе отслужил молебен перед мощами св. преподобного Кирилла Белозерского. А все наши общинники во главе с регентом Татьяной и певчей Раисой пели и тем самым старались сослужить. Было такое чувство, что ты немного взлетаешь над землёй… Потому и показалось, что молебен пролетел, как одно дуновение. Дуновение Духа Святого.
А каким подарком стало то, что отец Феодосий, одарив удивительной по силе проповедью, пригласил нас после молебна к себе! Там он смущёно признался, что очень любит петь церковный обиход. И мы вместе с ним спели несколько вещей. Хотя пели больше те, кто учится у Тани Н. клиросному пению, а остальные услужливо подвывали. Но отца Феодосия это ничуть не смутило – казалось, он буквально светится радостью! Надо сказать, что батюшка до монашества был известным композитором. Именно он является духовным вдохновителем постройки храма в селе Новленском.
Там, кстати, поблизости нет ни одного места, где можно было бы отслужить Литургию, помолиться за себя и за ближних. Потому и верующих в Бога не так много, как могло бы показаться издалека – например, из Москвы)). А потребность-то в вере у народа нашего есть и немалая. Марина, глава местной общины, рассказала, что один сельский мужчина, проходя мимо построенной на месте «кочегарки» часовни (слава новосельским жёнам!), сетовал на то, что открываются её двери не часто: «Негде нашему мужику за страну постоять!». Доходчивее, по-моему, и не скажешь.
А между экскурсией и молебном было выступление в деревеньке Алёшино – перед детской аудиторией местной школы. Поначалу это немного смутило нас – спектакль-то предназначен для взрослых. Но после «косметической» корректировки игры артистов, всё встало на свои места: маленькие зрители реагировали живо, хлопали искренне. А по оценке нашего «эксперта вне сцены» – Ирины Кизик Микуровой – этот спектакль был лучшим из трёх показанных на Вологодчине.
Был на нашем вологодском пути и Ферапонтов монастырь, где нам открылся удивительный мир фресок Дионисия, интереснейшие эпизоды из жизни патриарха Никона, который здесь отбывал ссылку.
Один из артистов вспомнил, как много лет назад, посещая эти окрестности, набрался смелости (а точнее наглости) и доплыл до поклонного креста, установленного посредине большущего озера перед монастырскими воротами. Его, как рассказала экскурсовод Ольга, опальный патриарх Никон установил с помощью монахов, которые возили камни с берегам на лодке. Ими выложен не только островок, но и дорога к нему!. При СССР она была разрушена, но не до конца. И сегодня можно видеть чудо – когда зимой озеро замерзает, по льду проходит чёткая линия этого пути – напрямик к кресту. Как говорят, происходит это из-за перепада высот на дне, что обусловлено сохранившимимся остатками каменной дороги Никона).
«Под занавес» был завершающий ужин – с песнями, с тем, что обычно называют «делиться впечатлениями». Но в этом случае это был сердечный разговор с хозяйками о таких простых, но единственно верных ценностях. Например, о том, что важно не только стучать, и ждать когда отверзется, но и не топать при этом ножкой, перебивая тем самым Божью волю своей, человеческой…
А после – ночь на обратную дорогу. Почему-то уверен, эта поездка станет для всех в ней побывавших шагом к для понимания того: каково это – в Бога богатеть. С чем и поздравляю всю нашу «вологодскую команду».
Храни вас Бог, дорогие мои живоносный, не сломленный ни баней, ни снотворным Игорь Матвеев, лёгкая, стройная и НЕ фальшивая Татьяна Ноздрина, рыжая. честная, влюблённая в новорождённую внучку, неусыпная, всегда готовая оповестить всех и вся Люба Новикова, твёрдая в своей отзывчивости, непокорная расслабленности, всегда готовая на подвИг Ирина Соловьёва, добрая-добрая, умная-умная, общительная-общительная и абсолютно незаменимая Елена Юрьевна Иконникова, тяжёлая на сборы, но лёгкая на подъём (мама, привет))))) Татьяна Вятчанина, бесподобные в своём искреннем и заразительном молодожёнстве
тихая и настойчивая), «несущая стена» нашего хора Раиса и столь же тихий, скромный и беззаветно глубокий Александр «недремлющее фото-, видео- и любое другое око» театральной студии, без пяти минут невеста, украсительная для всех нас Ирина Микурова, стойкий как скала, человек-парус, умеющий спать в форме квадрата))) Дмитрий Микуров, пронзительно надёжный мастер незаметной помощи Слава Кожемяка, взрывная на позитив), опора театра и его указающий на ошибки «перст» ) Мария Кожемяка он же Антип, он же «разбойник», он же честь, он же совесть, он же умница и патриот до исподнего ) Максим Савин
Спаси Господи!
PS: Многое было против того, чтобы я поехал в эту поездку. Не знаю, какими трудностями она обернётся в будущем. Но про себя скажу – как и раньше, так и теперь сработал закон: если чему-то сопутствуют серьёзные искушения, то дело, скорее всего, полезное. И для тех, ради которых оно затеяно, и для тех, кто его затеял. Слава Богу за всё!
Любовь Новикова. «Миссионерские гастроли. Женский взгляд».
В Вологду собирались «со скрипом». У всех работа, семьи, дела общины. А тут предстоит на два дня и три ночи выдернуть себя из привычной московской круговерти.
Но, пересилив инерцию, все-таки решились. Вечером 9 июня, проведя репетицию, погрузились в автобус. Ночь предстоит провести в автобусном кресле, а утром, буквально «с колес», играть спектакль.
Вот уже и утро. Нас встречает статная женщина с сияющими глазами. Это Марина Дудкина, инициатор и организатор этих необычных гастролей.
Нас размещают в школе-интернате. Здесь в течение учебного года живут дети из соседних деревень, не имеющих школы. А сейчас каникулы, помещение свободно. Быстренько пьем чай: на 11 утра назначено представление. В актовом зале школы публики немного. В этот же день на селе гуляет ярмарка «Заговенье», с торговыми лотками, шашлыками и концертом. Так что к нам пришли действительно заинтересованные люди, которые свой выбор уже сделали.
После спектакля – беседа о трезвенном движении. На Вологодчине, как и везде по России, эта проблема стоит остро, и наш опыт вызывает живой интерес. Жаль, мы захватили с собой всего две брошюры о деятельности СКТ. Обмениваемся контактами.
Новленская сельчанка Татьяна приглашает нас на обед. От местных разносолов разбегаются глаза. Соленые рыжики, шаньги с картофелем, пироги с яблоками и брусникой. Столичные «Му-му» и «Елки-палки» здесь совершенно ни при чем. Не говоря уж о прочих «Макдональдсах».
Слегка осоловевшие от еды едем в Вологду. Представляем «Кудеяра-Атамана» в центральной библиотеке.
Нас встречает расфуфыренная дама – сотрудник Вологодского телевидения. Взирая из первого ряда на приехавших артистов, поначалу недоуменно кривит губки. Потом взгляд ее плавно теплеет, лицо освещает улыбка. После спектакля дама довольно строго отчитывает Марину за то, что та не связалась с телевидением заранее. О нашем приезде в Вологду почти никому не было известно. Придется вологжанам познакомиться с историей преображения разбойничьей души посредством голубого экрана…
Далее в нашей программе экскурсия по историческому центру Вологды. Прекрасные древние храмы на центральной площади. Музей кружева. Памятник поэту К. Батюшкову. Набережная реки Вологды. Ощущение удобства и неспешной приятности жизни. В роскошной зелени деревьев играют солнечные лучи. Затейливым узором ложатся тени. Понятно, откуда вологодские кружевницы черпали вдохновение. Совершенство природных и архитектурных форм не могло не вызвать к жизни этот изящный тип рукоделия.
Вечером возвращаемся в Новленское. Та же Татьяна приглашает к себе в дом на ужин. Московские гости слегка оробели, считая незаслуженной такую заботу. Татьяна не понимает: что тут особенного? Это долг гостеприимства, так принято. Еще в баньке попариться следует: баня истоплена, ждет.
Женщины быстренько помылись и вернулись к хозяйке. Немножко попели хором, потом завязалась беседа. Расспрашиваем о сельской жизни, о строительстве храма, которое новленская община ведет четвертый год буквально на пустом месте. Строящийся храм мы увидим завтра, а пока Татьяна рассказывает, как ставили их дом. Участвовала вся родня, ближняя и дальняя. Дом вышел добротным, уютным. Для хозяйства все предусмотрено. Правое крыло – жилая часть. Левое – хозяйственная: сарай, гараж, хлев.
…Пьянство, конечно, губит Россию. Но то, что все русские крестьяне – спившиеся бездельники – это очередной миф. Непонятно откуда взявшийся: при встрече с сельской действительностью он рассыпается в пыль. Это относится не только к Вологодской земле. Несколько лет назад автор сей заметки испытала те же впечатления на Тамбовщине. Люди отнюдь не отвыкли трудиться. И вера в Бога во многих сердцах живет, пусть и на неосмысленном, подсознательном уровне. На уровне традиции: на Крещение все окунаются в вырезанной во льду Иордани, на Святках дети ходят колядовать, на Пасху освящают куличи, на Троицу – березовые ветви. И то, что в селе Новленское строится храм силами приходской общины – храма еще нет, а община уже есть – это ли не свидетельство глубокой веры? Новленские подвижницы понимают, что их труд – это не новое веяние, а возвращение к истокам. Недаром такое же название – «Истоки» – имеет альтернативная школьная программа, над которой и в которой работает Марина Юрьевна Дудкина. «Истоки» – возвращение к богатейшей русской культуре, имеющей христианскую основу. Которую безбожной власти ХХ века так и не удалось «сбросить с корабля современности».
Второй день.
Завтрак у той же радушной Татьяны, которая на этот раз принимает участие в нашем перемещении по вологодским окрестностям.
Кирилло-Белозерский монастырь. Быстренько пробежались с экскурсией по историко-культурному заповеднику. Должны были дать спектакль здесь, у этих древних стен. Но тут сегодня смотр военно-исторических клубов, реконструкция сражения «Осада монастыря».
Поэтому едем в деревню Алешино, что в двадцати километрах. В деревне на центральной площади все как положено: школа, администрация, дом культуры. С четвертой стороны должен бы стоять храм…
Зритель в доме культуры для нас необычный: дети 6-12 лет. Как ни странно, им все было понятно. Некоторые, правда, поначалу испугались страшенных разбойников, выскочивших на сцену. «Разбойники», это почувствовав, смягчили острые углы театрального действа, и получилась эдакая «сказка про Кудеяра». Кстати, православные педагоги не раз отмечали, что духовно-нравственные вопросы маленькими детьми принимаются и понимаются гораздо легче, чем взрослыми. И артисты сегодня воочию убедились в том.
Возвращаемся в Кирилло-Белозерский. Служим молебен прп. Кириллу. Батюшка о. Феодосий очень рад видеть паломников, для которых церковные песнопения – не «терра инкогнита». Приглашает нас попеть с ним еще, келейно. Келья обустроена как певческий класс: стол, лавки, пианино. Спели три догматика. Довольно плохо, надо сказать. Мы их с нашим регентом не разучивали. Зато уж «Христос Воскресе» зазвучало стройно и мощно. Прощаемся радостные.
Теперь экскурсия в Ферапонтово. Уникальный пейзаж русской природы: два озера, соединенные небольшой речкой, и возвышающийся над ними белоснежный монастырь.
Удивительные росписи Дионисия: радостный голубой цвет, ощущение полета в небо. Замечательный рассказ экскурсовода о реставрации этого памятника культуры.
Не знаю, что думают по этому поводу верующие искусствоведы, но, отдавая дань их труду по сохранению культурных и архитектурно-исторических памятников, в который раз задаешься вопросом: правильно ли ставить на первое место художественные достоинства православной святыни? Потому что не покидает, при восхищении росписью, чувство некоторой зябкости, пустоты, отсутствия молитвенного предстояния. (Впрочем, это вопрос не для путевой заметки).
Возвращаемся в Новленское. Чудесные сиреневые сумерки. Воздух напоен ароматами трав. Мы просто пьем его, стараясь надышаться впрок. Клонят головки белые одуванчики. Горит бледным золотом вечерняя заря. Краски Севера испокон веков вдохновляли поэтов и художников. Богата наша русская земля! Богата природными красотами, открытыми сердцами. Талантом веры и любви к своей земле.
И мы еще раз увидели это в нашем вологодском путешествии.
Ирина Соловьёва.
Хочу добавить про замечательных женщин: Марину, Татьяну-кормилицу, Надежду. И еще что-нибудь.
Татьяна только что проводила в армию приемного сына. Взяла себе сироту и воспитала вместе с родным сыном. Большой стол еще не убрали после проводов, и он пригодился для нас. Она сказала, что выросла в большой семье и привыкла накрывать большой стол. Все у нее ловко получалось. Спросила ее: не накладно ли будет нас угощать, а она засмеялась и сказала, что рука дающего не оскудевает. Татьяна – приземистая, крепенькая и энергичная.
И у Марины и у Татьяны – голубые глаза северянок. У Марины они сверкают, лучатся и она всегда улыбается. Она высокая, полная и степенная. Все делала для нас с радостью и тоже с поговорками, что Бог все устраивает и все – во славу Божию. Она везде с нами была. Организовала нам экскурсию по главной площади Вологды, молебен в Кирилло-Белозерском монастыре, экскурсию в Ферапонтовом монастыре, где сохранились фрески Дионисия.
Потом познакомились и с Надеждой – она недавно ушла на пенсию и теперь полностью посветила себя работе на приходе. Была главным зоотехником, и теперь свои контакты с руководством в правлении использует для строительства храма.
Все трое рассказывали, как строительство храма укрепляло их веру, и как Господь им помогал. Приходилось брать ссуды, потом выплачивать. Иконы, которые когда-то разобрали из разрушенных церквей, приносили старушки перед уходом в последний путь, жертвуя их в часовню. Этих старушек они потом в этот путь и провожали.
Вдоль деревни тянется от края до края горизонта озеро Кубинское. Оно узкое и длинное: за ним виден лес. Рыбки мы там отведали свежекопченой: и леща с праздника Заговенье, и рыбок пойманных мужем Татьяны. Таких гигантских лещей, да еще вкусных-превкусных мне еще не доводилось вкушать. Очень вкусным оказался и лимонад, который нам расхваливал Игорь. Взяли сразу ящик Белозерского лимонада. Главный ценитель – Максим после дегустации дал высшую оценку.
В Кирилло-Белозерском монастыре всего два монаха. Настоятель и о. Феодосий. Никита правильно сказал о его проповеди – она была замечательная, проникновенная. Вспоминая праздник Троицы, о. Феодосий сказал, что апостолы после сошествия Святого Духа стали другими людьми. Были рыбарями, да мытарями, а стали проповедниками и весь мир привели к Христу. Он сказал, что мы постоянно в молитве призываем Духа Святого и должны помнить, что Он – в нас, и мы теперь – другие люди. И веру нашу должны хранить в себе и нести ее людям. Конечно слов его – как он говорил, мне не передать, и Никита не решился. И все-таки, хоть главное сказать хочется.
В Ферапонтовом монастыре музей и монахов нет. Кирилл выбирал место аскетическое, а Ферапонт – красивое. В самом деле, озеро казалось мне перламутровым. Конечно, наши сразу в воду вошли – ноги хотя бы в нем омочить. Фрески монастыря Дионисий писал со своими сыновьями, и даже подпись свою оставил, хотя это не принято было делать. Он был уже стар и достаточно богат, т.к. его росписи дорого оплачивались. Здесь же он творил даром и хотел только вечного поминовения. После этого он уже больше не расписал ни одного храма. Служб здесь не проводится, но экскурсовод сказал, что его поминают в маленьком храме. На территории находится крошечная действующая церковка с чудотворной иконой Божией Матери – Скоропослушница. Фрески сияют голубизной. Дионисий сам делал краски из натуральных камней – лазурита, малахита и т.д. Но и эти краски уже не те, что были раньше и голубой цвет уже не такой насыщенный, когда весь храм казался небесным сводом. Необыкновенно красив и тонко выписан образ святителя Николая.
Надо будет еще приехать. Наша кизическая Иришка, уже завязала контакты с молодыми девушками, руководящими работой с молодежью при Кирилло-Белозерском монастыре и собирается организовать поездку для своего молодежного клуба. Там им и жилье на 3 дня обещали бесплатное и еще всего разного.
Вот и все, кажется… Тепло на душе после этой поездки. Дай Бог, чтобы реклама по местному телевидению с нашим спектаклем помогла сбору средств на строительство храма Архистратига Михаила.
Татьяна Вятчанина.
Если бы меня спросили, какое ключевое слово этой гастроли, я бы сказала – «чудо». Эти люди были чудом для нас, а мы – для них. Причем чудом, если не совсем обыкновенным, то каким-то простым, детским, и в то же время абсолютно непредвиденным, нежданным. Для меня лично полным откровением были человеческие сокровища нашей северной глубинки. А уж как они дивились на нас – даже и не скрывали! Даже «воинами Христовыми» назвали – эвона как! И ведь абсолютно искренне! Или взять хотя бы спектакли – совершенно чудесным образом разрушались все стереотипы (причем с обеих сторон): например, что зал должен быть полным (как выяснилось, несравненно прекраснее иметь дело с «избранными», нежели со «зваными», как они сами с удивлением нам в итоге и поведали), что энергетику полного успеха и всецелой востребованности, за которыми не жаль ехать на край света и за свои деньги, могут создать у всей труппы всего несколько возгласов и горящих глаз, но каких!, или что наш спектакль – для взрослых. А ведь поначалу и на сцену-то перед детьми не хотелось выходить, целая дискуссия развернулась в «гримерке». Сошлись на том, что «по телевизору детки и не такое смотрят». А вышли на сцену, попали в их «биополе» и весь свой спектакль совсем по-иному увидели и дружно, не сговариваясь, по-иному сыграли -мягче, добрее, смешнее – даже слова на ходу заменяли, не говоря уж об интонациях… Ну не чудо ли? И так на каждом шагу – настраиваешься по инерции на что-то стандартное, общепринятое, а тебе бац! и все наоборот: собираешься вкушать туристическо-экскурсионные радости, а вместо этого поешь под сводами кельи у чудо-инока и вкушаешь что-то прежде неизведанное или, наоборот, глядя на часы, отказываешься в душе от ферапонтовских фресок («Ну ладно, мол, всего не успеть, как-нибудь в следующий раз»), а все вдруг дается плюс еще и то, чего не ждешь – озеро с песчаным дном и теплой водой, тихий закат и время на все это… Одним словом, сплошные чудеса…